Пожар давно потушен, а у херсонской верхушки по-прежнему "подгорает"

Пожар давно потушен, а у херсонской верхушки по-прежнему «подгорает»

7 месяцев назад 0

О неблагополучной криминалистической обстановке в Херсонской области не знают только те, кто не хотят знать. Действия силовых структур в некоторых ситуациях выглядят так, будто они служат не народу, а криминалитету. Но в большинстве случаев и херсонской полиции, и иным силовым ведомствам удается предоставлять оптимистичные отчеты о своей деятельности. Как так происходит, что борьба с преступностью ведется успешней от месяца к месяцу, а резонансных преступлений становится все больше?

Дело будет шито-крыто

Для правоохранительных органов Херсонской области, находящихся на передовой в борьбе с оккупационной крымской властью, задержание подрывников машины в Геническом районе и поджигателя квартиры мэра Миколаенко пока что остается наиболее значимым результатом. И это притом, что в регионе сосредоточены значительные силы ГУ СБУ в АРК, УСБУ и Нацполиции.

Сумасбродный «спасовец» Коваленко и журналист т.н. «ДНР» Ковальчук и без того на протяжении долгого времени считались противниками власти. Доказательств по ним накопилось столько, что суды были скоротечны, а вердикт однозначен. Шпионская история о «кроте» в херсонском СБУ вообще из области фантастики. Подобные таинственные истории можно писать, не выходя из здания на Лютеранской.

Херсонский поджигатель. Террорист или жертва обстоятельств?

Совсем иначе обстоит дело с Андреем Ищенко.

Задержанный в канун 2017 года по подозрению в поджоге двери херсонского градоначальника — он до сих пор находится в СИЗО. Процесс по нему тянется более года, хотя о поимке «террориста» поспешили отрапортовать все руководство — от Прокуратуры до СБУ. Сам советник министра МВД Антон Геращенко на центральных каналах упомянул о нем, как о «руке Москвы».

Однако спустя год желающих получить медали на деле поджигателя поубавилось. А вот шансы получить обвинения в нарушении прав человека стали реальностью. Заседания по делу Ищенко регулярно посещают представители ОБСЕ. Которые фиксируют «профессионализм» суда.

Видимо доказательств так «много», что Ищенко дополнительно вменяют поджог квартиры Натальи Вотеичкиной в 2016 году. О котором, к слову, никто и не слышал.

Очередное представление в исполнении давнего друга Владимира Миколаенко — судьи Зубова состоялось 12 января 2018 года. Предыдущее заседание прошло 10 января, быстро и безрезультативно. Его ход был прерван в связи с протестом Ищенко и его защитника из-за отсутствия переводчика во время рассмотрения дела.

Сторона обвиняемого не единожды подавала прошения о предоставлении переводчика в связи с плохим знанием украинского языка подзащитным, но ситуация повторялась и повторялась. Возмущение Ищенко вызвал тот факт, что в качестве переводчика в суде был не профессионал в данной области знаний (юридическое лицо), а учительница младших классов (физическое лицо). Не владеющая процессуальной и юридической терминологией, к тому же, по-видимому, принявшая решение не посещать судебные заседания. Может, по этическим соображениям, а может — из нежелания дискредитировать себя как учителя, понимая, что ее профессиональный язык — это не язык специалистов определенного уровня знаний, которые от нее требовались в зале суда.

По всей видимости, женщина не понимала, что уклонение от возложенных на нее обязанностей чревато ответственностью перед законом. Хотя с процессуальной точки зрения, как заявил глава судебного заседания, юридическое сопровождение слушания должен оказывать не просто человек,

способный перевести услышанное, но специалист, оказывающий свои услуги с момента начала следственного эксперимента, и вплоть до вынесения приговора.

Но это не единственный нюанс, который можно воспринимать как нарушение прав человека в ходе следствия. Ищенко сидит в СИЗО, а приговор ему так и не вынесен. При этом в деле фигурируют два человека, но о втором будто все «забыли».

Эти месяцы не прибавили Ищенко здоровья, о чем он не раз говорил в суде, направляя прошение с просьбой о медицинском обследовании в различные инстанции, но все безрезультатно.

На последнем заседании судья зачитал отписку из тюремного лазарета, в которой говорится о том, что А. Ищенко находится в удовлетворительном состоянии….

Наблюдая со стороны за ходом заседания 12 января, можно сказать, что суд прошел в состоянии предрешенности. Сначала это стало понятно, когда из ниоткуда появились новые свидетели

происшествия и потерпевшие, о которых подозреваемый и слыхом не слыхивал. Ну а потом, когда стали зачитывать прошение адвоката о пересмотре решения суда в пользу обвиняемого, и замене приговора с «содержание под стражей» на «домашний арест».

Вот когда в зале поднялся гвалт, и стало понятно, на чьей стороне перевес.

Со стороны прокуратуры посыпались всевозможные предпосылки о «возможном невозможного», а именно: «А вдруг снимет «браслет» и сбежит», «А если «браслета» не хватит», «А если что-то сотворит, ведь он социально опасен, глядя на его прошлое и статью обвинения»…

Если было много, говорили на повышенных тонах, руководителю «Самообороны» Усачевой вообще предложили покинуть зал в один из особо ярких моментов «диалога по душам».

Позже, комментируя ход заседания суда от 10 января, Усачева напишет:

«К сожалению, рассмотрение дела по существу никак не начнется в связи с тем, что подозреваемому надо переводчик с украинского языка на русский. Он аргументирует такую потребность незнанием юридических терминов. Как отметила во время заседания Вотеичкина, игнорирование прокуратурой запросов суд на переводчика может быть умышленным затягиванием, в результате чего может истечь время и подозреваемого могут выпустить из-под стражи.

Судья Зубов напомнил прокурору об административном наказании относительно невыполнения решений суда в связи с систематическим отсутствием переводчика и отложил рассмотрение дела на пятницу, 12 января».

Комичность ситуации в том, что вынужденная необходимость вести диалог на украинском языке у представителей ведомств ставит их в неприглядное положение, поскольку разговор ведется даже не на суржике, что отметила в своей публикации даже лидер «Самообороны»:

«Судья Зубов даже попытался перевести самостоятельно для подозреваемого решение на русский, что выходило из его уст немного комично».

Ситуация накалилась настолько, что сначала Зубов вывел для «охлаждения» А.Ищенко, а потом А.Ищенко заявил об отводе судьи Зубова, причем данный факт вынужден был подтвердить и адвокат Андрея Н.Проценко.

Итогом заседания стало решение об отказе в «домашнем аресте» и продлении срока на два месяца. Перспективы в этом деле не видно, и весь процесс напоминает болото, где все участники пытаются перепрыгнуть с кочки на кочку, а берега и за горизонтом не видать.

Дело стало настолько запутанным, что стороны упоминают о необходимости привлечения международных организаций, например, ОБСЕ. Представители упомянутой структуры обычно крайне неохотно вмешиваются во внутриукраинские дела, предпочитая роль сторонних наблюдателей, но, вероятно, от участия в разбирательстве ситуации с Ищенко им отказаться не удалось.

Как бы там ни было, представители ОБСЕ сообщили о готовности посетить очередное заседание, так как в ходе «следствия нарушены права подсудимого». И если Ищенко обратиться в международные инстанции, то Херсонская область получит право поучаствовать в деле «Ищенко против государства Украина».