Чтобы сделать Донетчину европейской, надо 200-250 млрд грн

4 месяца назад 0

Председатель Донецкой ОГА, руководитель областной ВГА Павел Жебривский – вероятно, наиболее часто упоминаемый в СМИ губернатор. Обусловлено это не только наличием фронтовых новостей из области, но и самими преобразованиями на Донетчине.

Беспрецедентная программа по развитию малого предпринимательства "Украинский донецкий кулак" (полмиллиона гривен в виде гранта!), 85 молодежных центров и 85 футбольных полей с искусственным покрытием за год, 30 современных школ, реконструкция парков и очистных сооружений, альтернативное водоснабжение Донецкой области, полигоны твердых бытовых отходов с прицелом на дальнейшие мусорные заводы, индустриальные парки и экологические датчики. И, наконец, разработка "дорожной карты" построения новой инфраструктуры Донетчины на 200-250 млрд грн.

Об этих вопросах, а также идеи объединения военно-гражданских администраций Донецкой и Луганской областей, фейсбук-дискуссии с заместителем министра по делам оккупированных территорий Георгием Тукой, о продавце кур Захарченко и собирателе мзды Плотницком, а также чего хочет Путин от Украины – читайте в эксклюзивном интервью Павла Жебривского Укринформу.

Начали мы с прекращения поставок электроэнергии в ОРДО.

— Павел Иванович, недавно Украина приняла решение о прекращении поставок электроэнергии на временно оккупированные территории Донецкой области. В основе этого решения лежат больше экономические или политические причины? Какие последствия этого шага как для Украины, так и для ОРДО, страны-агрессора?

— Еще ориентировочно в начале года баланс перетоков электроэнергии с той стороны и с нашей туда был для Украины минус 30 млн грн в месяц. То есть, так называемая "днр" поставляла нам электроэнергию из Зуевки через Макеевку, а мы поставляли им. У нас были подключены с той стороны Красногоровка, Авдеевка, Бахмутка, Жованка, Зайцево и еще ряд населенных пунктов. В прошлом году мы переподключили Красногоровку, в этом году в апреле наконец завершили переподключение Авдеевки. После обстрелов боевиков Жованка под Горловкой была больше года без света. Сейчас мы проводим и там переподключение. И ко Дню Независимости точно, будем стараться и раньше – подключим Жованку, Зайцево, Бахмутку и Пески к энергетической сети контролируемой Украиной территории.

Пока ДТЭК был общий и на контролируемой, и на неконтролируемой территории, то они там с этим балансом как-то решали. Но после т.н. "национализации" террористами той части, которая принадлежала к облэнерго, эти перетоки стали прямым минусом энергорынка. И в связи с тем, что там никто не собирался платить, было принято соответствующее решение о прекращении энергоснабжения. При этом люди, которые проживают на контролируемой Украиной территории, не пострадают. А террористам придется найти механизмы оплаты долгов, которые Украина на сегодня получила от баланса перетоков.

— Какая это сумма примерно?

— На сегодня только за поставку воды КП "Вода Донбасса" на той территории долги достигают 1,6 млрд грн, из них примерно 70% – это электроэнергия. Это только "Вода Донбасса" на той территории.

— В то же время, насколько я понимаю, поставки электроэнергии на водопровод не будут прекращаться?

— Мы не можем сделать так, как в Луганской области – отключить из-за неуплаты долгов. На Луганщине после Попасной ветка водопровода пошла на временного неподконтрольную Правительству территорию Украины. У нас же ситуация гораздо сложнее. Фактически водопровод, так называемый канал "Северский Донец", заходит на часть Горловки, Донецк, Ясиноватую и идет дальше на Мариуполь. То есть, отключив водоснабжение для той территории, мы отключим от воды Волноваху, Мариуполь, Никольский и Мангушский районы.

— То есть об отключении водоснабжения речь не идет и не будет идти?

— На сегодня – нет. Но мы готовимся к автономизации водоснабжения на территорию, подконтрольную украинской власти. Думаю, что в следующем году, или же к концу года (если все будет нормально), мы обеспечим альтернативным водоснабжением Мариуполь, Никольский, Мангушский районы. Приняв некоторые меры здесь, между Славянском и Краматорском, мы увеличим напор воды и сможем уже обеспечить Волноваху. После этого мы сможем более серьезно говорить с той территорией об уплате за водоснабжение. Мы не ставим целью навредить, потому что, мол, там террористы и т.д. Там проживают украинские граждане, которые вынужденно живут на временно оккупированной территории. Однако, должны быть платежи.

Например, в Коминтерново, сейчас Пикузы, ранее поставлялся газ с подконтрольной украинскому Правительству территории (сейчас, правда, не поставляется, потому что перебита труба вследствие обстрела боевиков). У них был староста, который собирал деньги за газоснабжение, приносил и сдавал в "Мариупольгаз" – таким образом никто Пикузам газоснабжение не отключал, ведь была 100% оплата за газоснабжение.

То есть, если террористы, или через международные организации, или Россия будет платить по тарифам, которые утвердила Украина для КП "Вода Донбасса" за поставку воды, мы не будем ничего отключать даже после того, когда сделаем автономное снабжение воды.

В то же время, альтернативное водоснабжение – очень дорогая вещь. По нашим расчетам, это может быть около 3,5 млрд грн.

— Эти ограничения, в т.ч. и электроснабжения, не повлияют они на реинтеграцию Донбасса? Эта тема стала особенно актуальной, когда заговорили о законопроекте о восстановлении государственного суверенитета на оккупированных территориях Донбасса.

-По поводу реинтеграции – за все нужно платить. Как в Украине, так и на временно неподконтрольной территории. Если на сегодня человек в Украине задолжал за водоснабжение, то ему воду отключают. Так же и с электроэнергией. В природе ничего бесплатного не существует. Кто-то за это должен заплатить. Это не какое-то желание отдалять, как некоторые говорят. Нет.

— По словам тех, кто принимал участие в обсуждении законопроекта, как вот, например, Дмитрий Тымчук, планируется, в частности, создание Оперативного штаба, который будет руководить военной операцией, которая, по сути, придет на смену АТО. Как вы относитесь к этой идее?

— То, что такая инициатива есть, это хорошо. Необходимость урегулирования ситуации на территории Донецкой и Луганской областей, часть из которых оккупирована, является очевидной. Но вопрос: каким образом? Что такое Оперативный штаб – мне не понятно. Кто-то говорит, что мы должны отдать всю полноту власти на этих территориях военным. Но у меня опять же возникает вопрос: а есть ли сегодня у нас подготовленный военный, который готов обеспечить гражданскую жизнь?

У нас есть линия разграничения и населенные пункты, приближенные к ней. Понятно, что там ключевыми должны быть военные. Но есть Краматорск, Славянск, Мариуполь, Лиман, Бахмут, Константиновка и много других населенных пунктов, которые живут мирной жизнью – точно так, как, например, Изюм в Харьковской области или другие населенные пункты в Днепропетровской. Ключевой вопрос: смогут ли управлять гражданской жизнью те, кто должен заниматься войной? И в том немного другое видение, которое я уже высказывал.

— Вы имеете в виду объединение военно-гражданских администраций Донецкой и Луганской областей?

— Да. Меня даже начали обвинять в том, что я хочу присоединить к Донецкой области Луганскую область. Но на самом деле это не так. Должна быть объединенная военно-гражданская администрация. Руководитель Объединенной военно-гражданской администрации должен иметь статус или члена Правительства, или, как минимум, первого заместителя секретаря СНБО для того, чтобы он мог влиять на все эти процессы. Первым заместителем, безусловно, должен быть военный человек, который отвечает за все, что касается войны. Также должны быть еще два заместителя – председатели областных государственных администраций Донецкой и Луганской областей.

— То есть, председатели областных администраций остаются и отдельно будет руководитель Объединенной ВГА?

— Да, заместители руководителя объединенной ВГА – председателя ОГА. Далее, руководителю Объединенной ВГА должны быть подчинены силовые структуры – СБУ, МВД и Национальная гвардия, которые не находятся на линии разграничения. При этом руководитель ВГА не занимается экономикой – ею занимаются председатели ОГА.

Потому что некоторые начали рассказывать, что Жебривскому территории маловато. И некоторые заместители некоторого министерства начали ехидненько говорить о том, что надо разделить Донецкую область на две и так далее. Считаю, что это не совсем достойно заместителей министра, потому что это стеб. Я говорил о серьезных вещах. Я не говорил о персоналиях, а говорил о системе управления. К сожалению, они увидели угрозу для существования министерства. И тогда вот такой стеб получился.

— Потому, что при создании этой объединенной ВГА практически теряется смысл существования министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц?

— Именно так. Эта Объединенная ВГА будет иметь даже больше функций. В том числе это и работа с перемещенными лицами, с украинскими гражданами на неподконтрольной территории.

Министерство не должно заниматься прикладными вещами, оно должно выработать политику, ведь у того же министра гораздо больше информации, чем, скажем, у председателя ОГА. А исполнительные органы власти вроде ВГА, ОГА, РГА, горсовет, должны реализовывать выработанную политику. У нас же, и это не касается какого-то одного министерства, просто хотят управлять.

Вот сегодня в чем проблема? Например, мы сейчас выделили 102 млн грн на Авдеевку. Это школа, теплотрасса, два дома девятиэтажки, пятиэтажки и т.д. И мы все проекты для Авдеевки должны проводить через систему ProZorro. А через ProZorro нужно выбрать проектанта, сам проект, потом через эту систему строить. Но у меня вопрос: кто захочет идти туда, в Авдеевку? Мы это попытались сделать – никто не идет. И поэтому мы вынуждены выискивать, левой рукой чесать правое ухо. Мы должны выискивать, например, и тянуть за штаны, в т.ч. военных строителей, ГСЧС для того, чтобы это все делать. Ну не может жить область и особенно те населенные пункты, которые находятся на линии разграничения, по принципам, по которым живут, например, Житомирская, Тернопольская области!

Во-вторых, мы сейчас хотим строить информационную политику на войне по тем принципам, по которым живет демократическое общество, где должны работать системы противовесов, где либеральные взгляды являются превалирующими, и это правильно.

Но здесь все-таки должен, в том числе, будет концентрированный ответ. Часто можно услышать обвинения в адрес того же МинСтеца или ВГА, что мы не проводим серьезного информационного ответа на агрессивную политику российских и так называемых "новоросских"…

— Уже наверное "малоросских"…

…Или "малоросских" каналов. Но каким активом мы должны оперировать? У нас на сегодняшний день нет в области ни одной государственной телевизии. Хорошо, что создали газету "Вести Донбасса", которую 50-тысячным тиражом раздаем на линии разграничения, чтобы до людей дошла хоть какая-то украинская позиция, украинское слово. И это ключевая проблема. То есть, по моему убеждению, та же Объединенная ГВА должна влиять и на информационную политику на местах.

— Создание этой Объединенной ГВА ни в коем случае не предполагает объединение двух областей?

— Боже упаси, это невозможно. И такую задачу никто не ставит. Во-первых, административно-территориальное устройство Украины закреплено Конституцией Украины. И никаким законом это невозможно изменить. Во-вторых, экономикой должны заниматься гражданские люди. В-третьих, на сегодняшний день существуют разноплановые задачи, которые стоят перед Донецкой областью и Луганской областью. Донецкая область – все-таки промышленная и дальше немного аграрная, а сегодняшняя Луганская область, которая контролируется украинской властью – аграрная и немного промышленная. Это совсем другие модели областей. Тот, кто начал бы говорить об объединении, то он – человек не компетентный, мягко говоря.

— А вы доносили эту идею об Объединенной ВГА до Президента. Как он ее воспринимает?

— Около месяца я не встречался с Президентом. И раньше мы не обсуждали этот вопрос. Думаю, что в ближайшее время мы встретимся. Но я эту идею неоднократно публично высказывал, а у нас Президент достаточно информированный человек, который не черпает информацию только из того, что ему подсунут, но и сам, особенно в социальных сетях, на сайтах смотрит.

— Президент читает и сам в соцсетях?

— Да. И это очень важно. Чтобы не устроили человеку "теплую ванну", как тому же Виктору Андреевичу устроили, или Леониду Даниловичу. А сегодня Президент напрямую видит то, что беспокоит общество, о чем говорит общественность.

— Если все же говорить о персоналиях, кто бы мог возглавить эту Объединенную ВГА? Может бы вы, например?

— Это должен определять исключительно Президент как Верховный Главнокомандующий Вооруженных Сил Украины и Гарант Конституции. Ему виднее, и, в первую очередь, это его ответственность за ситуацию на этих территориях. Руководитель Объединенной ГВА не должен быть должностью по политическим договоренностям. Это должен быть серьезный человек, который разбирается в проблематике и который готов подготовить концепцию, в том числе и для утверждения Верховным Главнокомандующим.

— Относительно отношений с одним из руководителей МинВОТ Георгием Тукой. Недавно на просторах “Фейсбука” между вами состоялась дискуссия относительно экологической ситуации в регионе. Господин Тука заявил, что, мол, катастрофа, людей нужно отселять. Вы же в ответ посоветовали ему лучше молчать. С чем связана такая публичная дискуссия? И какая, собственно, экологическая ситуация в регионе?

— Есть министерство по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц и есть Донецкая ВГА. Они функционируют каким-то странным образом отдельно. Все.

— А относительно экологической ситуации?

— Много говорилось, в том числе со стороны экологов, что вода на Донетчине достаточно тяжелая для употребления, не пригодная. На самом деле это всегда было. Никто особо при Советском Союзе не занимался очистными сооружениями и многими другими вещами. И именно поэтому в 70-х годах и был построен канал “Северский Донец”. Это уникальная вещь – когда идет труба 1100 мм, и по ней качается вода из-под Николаевки Славянского района и поставляется половине области.

То есть, ситуация с водой не лучше и не хуже, чем была до войны. Конечно, есть напряженность по поводу доступа к воде со стороны многих людей. Ведь перебита ветка Южнодонбасского водопровода, достаточно много вытекает воды из канала “Северский Донец” – на “промке” по 10 тысяч кубометров в сутки, однако оккупанты не дают туда доступ.

Есть вопросы по фекальным отстойникам – это “Бахмутский аграрный союз” (БАС) в районе Новолуганки. Нам удалось на 20% снизить уровень в этом отстойнике, что достаточно существенно.

Также огромная проблема с фенольным шламоотстойником в районе Новгородского, вблизи Торецка, где в “серой зоне” расположен фенольный завод. К сожалению, террористы не дают нам возможности обследовать шламотстойник этого завода, в каком он состоянии – мы не знаем. Здесь требуется давление международного сообщества на российскую сторону, чтобы нам, как минимум, дали обследовать.

По поводу шахтных вод – в постоянном режиме откачиваем. Как и откачивали воду до войны.

Сейчас мы также проводим двухлетнюю мониторинговую программу атмосферных выбросов, которая проходит в режиме онлайн. До конца года будем мониторить поверхностные и подземные воды, цинк, свинец и другие ингредиенты, которые выбрасываются в атмосферу. И каждый человек в режиме онлайн из Мариуполя или Курахово сможет зайти на сайт департамента экологии ОГА и посмотреть, чем в такой-то период дышали, какие выбросы были. В следующем году планируем установить датчики и на границах так называемых санитарных зон – чтобы иметь информацию и доказательства того, какие именно предприятия и в какой степени влияют непосредственно на жилые кварталы.

Также начата масштабная программа по твердым бытовым отходам. В течение нынешнего и следующего годов будут построены по французской технологии четыре полигона твердых бытовых отходов. Это – вторая очередь в Краматорске, в Курахово, Волновахе и под Мариуполем. Объем финансового ресурса – около 350 млн грн. Это – экологические деньги. Строить будут украинские компании, но по иностранной технологии. Краматорск уже начал, Курахово, Волноваха стоят на торгах, Мариуполь вскоре начнет торги.

Также будут построены перегрузочные и сортировочные станции, а когда все это запустим, конечным этапом станет строительство мусороперерабатывающих заводов. Это комплексная программа где-то на 5-7 лет.

Кроме того, строим очистные сооружения. Например, в Константиновке 25 лет очистные сооружения вообще не работали. В Покровске построили в 80-х годах целый квартал, но даже коллектора не построили, вся гадость в реку шла. В этом году заканчиваем Бахмут, Угледар, Константиновку, приступили к очистным сооружениям Славянска, Краматорска. Фактически в следующем году мы должны закончить строительство новых очистных по всему северу области и перейти к строительству и реконструкции очистных сооружений на юге.

Еще одно направление по улучшению экологии – восстановление парков. В этом году будет восстановлено и запущено для эксплуатации 7 парков по Донецкой области. Это все также за экологические деньги.

Относительно же неподконтрольной Правительству территории, то там, безусловно, огромная проблема. В частности, большая проблема с так называемой шахтой “Юнком” в Енакиево, где ядерным взрывом в 1979 году пробовали снизить уровень метана. Там огромные проблемы по поводу радиоактивной безопасности. Также закрывается много шахт. Например, в Горловке все четыре шахты не работают, из них две залиты и никто оттуда не откачивает воду.

Никто на неподконтрольной территории экологией не заморачивается и не занимается. Но сказать, что все пропало, было бы на самом деле нечестно.

— Павел Иванович, по вашей инициативе в области запущен еще такой интересный проект как “Украинский донецкий кулак” – желающие начать собственный бизнес могут получить как грант, так и компенсацию по кредитам. Как развивается программа, дончане спешат становиться кулаками?

— Сейчас завершается второй этап отбора. По первому отбору было отобрано 20 человек: 14 уже подписали соглашения, еще 6 на подписании, потому что там есть проблемы с местными муниципалитетами. Мы готовим их командировку в Польшу.

На второй этап было подано гораздо больше заявок, и это набирает обороты. Почему не спешат? Есть две причины. Первая – достаточно высокий уровень патернализма на Донбассе, как, собственно, и по всей Украине. Это наше совковое прошлое, это когда нам 80 лет долбили, что “все вокруг колхозное, все вокруг ничье”. Вторая причина – недоверие. Недоверие, что просто так может быть, что будут выделять деньги и не будут требовать за это взятки, или еще чего-то.

Но этот лед тронется, и я думаю, что после третьего этапа, когда уже несколько десятков людей получат гранты, мы покажем реализацию этих проектов по телевизору, это будет уже настоящий бум. Относительно количества, то не хочу загадывать, но денег у нас хватит на 600 кулаков уже в этом году.

— Это сколько денег?

— Это – 140 млн на гранты только из областного бюджета. До 250 тысяч грн выдает грант областной бюджет и до 250 тысяч грн выдает муниципалитет: район, город. То есть, человек может получить в сумме до 500 тысяч грн. Хотя, например, недавно мы открывали в Мирнограде центр занятости, и один АТОшник говорит: мне столько не надо, боюсь таких денег, мне где-то 15-20 тысяч надо, хочу на футболках логотипы делать. В следующем году программа будет продолжена – то есть, 140 млн грн на гранты и 10 млн грн на компенсацию процентов по кредиту.

Среди проблемных вопросов следует еще указать и на то, что большинство людей не готовы квалифицированно написать бизнес-проект. И поэтому мы сейчас обсудили с центром занятости, чтобы они в своей структуре в каждом городе, в каждом районе выделили по одному работнику, который бы помогал людям составлять бизнес-план. Также есть мое жесткое указание, чтобы города и районы выделили в своих департаментах, управлениях экономики людей, которые бы помогали желающим написать бизнес-план. После этого он подается в департамент экономики ОГА, где при участии представителей муниципалитетов уже принимаются решения.

Хочу еще раз подчеркнуть – это не кредит, а грант. Возвращать не нужно! Но понятно, что просто так деньги не будут даваться – под какую-то фантасмагорическую, неареальну вещь. Это не так, что человек пришел, что-то наврал, 500 тысяч положил в карман и ушел. Есть как личная ответственность человека, так и контроль муниципалитетов за реализацией этого проекта.

— А если кто-то все же получил грант, а дальше ничего не делает по своему бизнес-плану?

— Пока таких, слава Богу, нет. Но, в целом, это будет мошенничество, и человек понесет уголовную ответственность.

— Когда мы общались около года назад, вы говорили о двух знаковых для вас проектах в области – это мост под Славянском через Казенный Торец и телебашня на Карачуне. Оба уже построены. Что сегодня является знаковым?

— Сейчас наша команда работает над многими вещами. Основной фокус – на детях, в которых мы видим будущее украинской Донетчины. Согласно социологии, около 80% молодежи идентифицирует себя как украинцы, не важно какое у них происхождение. И именно поэтому будущее – за этой молодежью. Если молодежь будет активная, патриотическая, заряженная на результат и успех, то и старшему поколению будет хорошо жить.

Начинаем с детских садов, особое внимание – школы. В рамках проекта “опорная школа” в этом году завершаем создание 15 современных школ, до весенних каникул следующего года должны завершить еще 15 школ, на подходе и другие школы.

Отдельное внимание – развитие амбулаторий семейной медицины. В частности, сейчас мы запускаем как пилотный проект модульную лабораторию в Соледарской громаде. Посмотрим, как это будет работать. Думаем, что будет и дешевле, и качественнее.

Также открываем молодежные центры, основными функциями которых станет патриотическое воспитание и занятость детей. Поскольку в этом году исполнилось 85 лет области, решили открыть 85 молодежных центров. Кроме того, в этом году планируем построить 85 футбольных полей с искусственным покрытием, еще 12 – переходящие с прошлого года. Для сравнения, за все прошлые года на Донетчине было построено всего 108 полей с искусственным покрытием.

Также занимаемся созданием индустриальных парков. Их должно быть в области около пяти. По индустриальному парку в Лимане мы значительно продвинулись, в Киеве прошли слушания и утверждение. Надеюсь, с подготовительными документами на три парки до конца года мы завершим. Почему не педалируем ситуацию? А потому, что пока не очень много желающих инвесторов.

Хотя, отдельные примеры просто поражают. Знаете, сколько инвестиций получило Селидово за последние полтора года? 211 млн грн! Это мэр сам посчитал. И это при том, что за 15 предыдущих лет город получил инвестиций в инфраструктуру около 42 млн грн.

Сейчас ключевая задача для меня – создание такой себе road map, дорожной карты построения новой инфраструктуры Донбасса. Она должна быть рассчитана как минимум на 10-15 лет. Города и села должны стать действительно европейским. Она будет включать все водопроводы и теплотрассы, дороги, административные здания, спортивные сооружения, дворцы культуры, ОСМД, парки, скверы, муниципальный транспорт, коммунальные предприятия. Полный full. Сколько на все нужно денег? Предварительная оценка — около 200-250 млрд грн, которые нужны для того, чтобы инфраструктура области стала европейской.

— Европейцы помогут строить эту европейскую инфраструктуру?

— Думаю, что да.

Сейчас поставлена задача к концу августа уже создать интерактивную карту. Она будет размещена на сайте ОГА: кликаешь на карте на какой-то город, и там разные отрасли освещаются, например, по коммунальному транспорту, коммунальным предприятиям, водопроводу, дорогам и тому подобное – что куда нужно. Пока Покровск как пилотный проект уже нанесен на карту, по нашим подсчетам его потребности – 7-8 млрд грн.

Потом с этой дорожной картой я планирую сделать “роуд шоу”, презентовать ее сначала дипломатам ЕС в Киеве, а потом, если будет заинтересованность, поехать с ней за границу. В конце концов, для мира это не такие и большие деньги, всего-на-всего менее 10 млрд долларов. Особенно, если взглянуть на то, сколько мир вкладывает в Афганистан без толку.

— Относительно ситуации с безопасностью. Несмотря на режим прекращения огня враг продолжает вооруженные провокации. Кое-где происходят и попытки штурма позиций сил АТО, как это было в конце июля в Красногоровке. Чего добиваются оккупанты?

— Дестабилизации. Очевидно, что Путин не собирается отпускать Украину. Ему не нужна ни часть Донбасса или Луганщины, ни весь Донбасс. Путин хочет всю Украину. Я долго анализировал и думал – зачем Путину и России Украина? Земли у них больше, чем достаточно. Там порядок не могут навести. И проанализировав в том числе и исторические аспекты, я уяснил для себя – российская империя не возможна без человеческого ресурса Украины. Без подпитки человеческим интеллектуальным ресурсом с Украины российская империя погибнет. И именно поэтому вся эта борьба и идет.

Как по мне, сегодня у России силы для широкомасштабного наступления нет. Наши Вооруженные Силы, Национальная гвардия, другие силовые структуры уже показали, что так просто наблюдать за наступлением не собираются. Полностью захватить Украину невозможно, однако держать как кровоточиву рану – да. Именно поэтому и происходят эти постоянные обстрелы, диверсии вражеских диверсионно-разведывательных групп. Кроме того, у Путина в марте следующего года выборы, и ему нужно показать, что он переживает за “данбаский” народ. Поэтому возможны очередные обострения на Донбассе. Путин будет лезть до тех пор, пока не получит по зубам.

— А эта “малороссия” от Захарченко – что это было?

— Думаю, что такое прощупывание. Под телефонные переговоры в Нормандском формате. Ведь о чем на этих переговорах говорить? О том, что Россия не выполняет Минские договоренности, продолжении обстрелов, отсутствии освобождения заложников? Нужна была какая-то свежая “струя”. И вот, по мнению аналитиков Путина, в политическом аспекте этим стала “малороссия”, а в военном – попытка навязать боевые действия в районе Красногоровки.

Постоянно будут какая-то “новороссия, малороссия, старороссия”, еще что-то. Потому что, если ничего не вбрасывать, то придется обсуждать конкретно вопросы выхода российских войск, контроля Украины над границей, освобождения заложников и тому подобное. А так эту “малороссию” весь мир “обсасывал”. Ай-ай-ай, сам “куриный полковник” Захарченко заявил…

— Хотя у Плотницкого сказали, что о “малороссии” знать не знаем, нигде не были.

— Плотницкий, собственно, более телевизионный, чем продавец кур. Там же два “лидера” – один продавец кур Захарченко, а второй, Плотницкий, мзду собирал на рынках. И вот эти два “мощных интеллектуала с серьезной подготовкой” хотят строить ту самую, преуспевающую модель “республик”.

— “народных республик”.

— Да, “народных республик”. Как говорилось, каждую кухарку — к управлению государством.