Национализация Привата — это было плохое решение, но лучшее из возможных

3 года назад 0

«Без шума и…

Как удалось относительно беспроблемно провернуть такую сложную операцию, был ли «план Б», что пообщал уже бывший акционер Привата Игорь Коломойский при национализации, кто больше всех проиграл от перехода банка в госсобственность, удастся ли его продать впоследствии… Ответы на эти вопросы в первой части интервью Укринформа и UA|TV с замглавой НБУ Олегом Чурием.

—  Вы, как заместитель главы НБУ, отвечаете за курс и инфляцию. Украину в понедельник ошеломила новость: Приватбанк — крупнейший банк страны – национализируют. Тем не менее, валютный рынок (закрытие межбанка 21 декабря курс гривни к доллару – 26,43 грн против 26, 47 на открытие- ред.) реагирует на это спокойно. Как этого удалось достичь?

— Фундаментально на валютном рынке ничего не поменялось. Экспорт большого урожая зерновых, металлов, руды идет. Приток валютной выручки в страну высокий. Мы не видим факторов, которые могли бы повлиять на курс. С другой стороны, возникает особая психологическая ситуация. Участники в начале недели открыли торговую сессию межбанка нервно, но к ее середине – они поняли, что ситуация стабильна. В итоге, курс закрытия был лучше, чем на открытие. Во вторник Приват не обслуживал юридических лиц, накопилось большое количество неисполненных платежей – на рынке снова возникла нервозность. Компании старались купить валюту с запасом. Мы, не дожидаясь развития ситуации, — объявили: продаем 50 млн долларов — и рынок успокоился. В среду на рынке было тихо. Ситуация стабилизировалась.

 — Сколько вы были готовы максимум продать валюты на межбанке?

— Запас прочности Нацбанка достаточно высокий. С начала года НБУ купил более 1,7 млрд долларов, а международные резервы сейчас составляют 15,4 млрд долларов. Мы, безусловно, понимали, что ситуация с переходом самого большого банка в госсобственность может накалиться. Мы готовы были тратить часть резервов.

 — Речь идет о миллиардах?

 – Не думаю, что речь идет о таких порядках сумм. Мы не ожидаем значительных оттоков депозитов из Приватбанка, что могло бы повлиять на валютный рынок. Населения снимает гривню? Это может только на наличный валютный курс влиять. На межбанке действуют совсем другие факторы. Мы не считаем, что нам пришлось бы тратить большие суммы. Тем не менее, мы готовы поддержать рынок.

— Можно ли было провести национализацию раньше?

— Мы исходили из того, что Приватбанк – огромный системный банк. Его переход в госсобственность – это расходы из бюджета – 116,8 млрд грн – громадная сумма. И нашей задачей было работать с акционером, чтобы он выполнил программу капитализации. Тут мы сделали много: банк увеличил капитал. Не на ту сумму, что мы рассчитывали, но увеличил. Поставил на баланс активы на 26 млрд грн вместо кредитов, которые плохо обслуживались. Мы активно работали с акционерами и менеджментом банка. Были проведены сотни встреч, телефонных переговоров, переписки. Мы старались использовать последний шанс. Однако из 20 крупнейших банков, поднять регулятивный капитал до уровня 5% на 1 октября не смог только Приват. Банк имел просрочку по кредитам Нацбанка на 14 млрд грн, вел убыточную деятельность. Сумма процентных платежей превышала сумму процентных доходов…

— Как долго Нацбанк готовился к национализации Привата? Какие были сценарии развития событий, после заявления правительства в 12 часов ночи о переходе банка в госсобственность?

— Был план А и план Б. Первый предусматривал, что акционеры выполнят обязательства по капитализации банка. Это был основной сценарий. В какой-то момент стало понятно, что шансы на его выполнение уменьшаются, и мы перешли к плану Б. Это был сценарий перехода банка в госсобственность. Он учитывал нервозность, которая могла возникнуть на рынке, с оттоком ликвидности, депозитов, влиянием на валютный рынок и другие банки. Если подрывается доверие к большому банку, то это может вызвать эффект домино. Мы рассматривали разные варианты. Переходный период, который мы переживали эти несколько дней, закончился. И мы его прошли достаточно спокойно. В среду банк стал государственным. Приват переходит на стабильный режим работы. В банке будет новый менеджмент и государственная гарантия вкладов.

 -Кто теперь будет осуществлять менеджмент в Привате? Известно, что глава правления — Александр Шлапак…

— Это известные на рынке люди. При выборе менеджмента работала комиссия. Поскольку акционером банка является Минфин, он был ответственный за выбор этих людей. Но кроме Минфина в выборе участвовали доноры — международные организации.

 — «Дыра» в 116 млрд грн будет закрываться выпуском облигаций. Первый транш в 43 млрд грн – выйдет до конца года. Эта сумма превратится в живые деньги?

— «Дыру» покрывает не Национальный банк, а новый акционер -Министерство финансов. Первый транш — 43 млрд грн. — будет выпущен на этой неделе. Бумаги до 15 лет, ставка до 10,5 %. Зачем этот выпуск? У банка есть плохие долги, негативно классифицируемые активы. Соответственно, по ним — начислены резервы, и капитал банка уменьшится. Для того, чтобы заменить плохие активы на хорошие, и выпускаются эти облигации. Они поставлены на баланс и будут приносить около 10% годовых. Да, банк может монетизировать эти облигации. Что это значит? Может дать их под залог для получения финансирования от НБУ. Либо предложить Нацбанку эти бумаги выкупить по рыночной стоимости. Но не надо сравнивать суму монетизации с суммой капитализации. Это не совсем равные величины. Например, если говорить о других государственных банках, то сегодня сума гособлигаций на балансе государства составляет 145 млрд грн. Но это не значит, что эти бонды монетизированы. Монетизировано через рефинансирование порядка 6% общей суммы этих облигаций. Это 9 млрд грн. Мы не ожидаем, что у государственного Приватбанка будет высокий процент монетизации. С другой стороны, мы понимали, что пока длится переходный период, нам необходимо покрыть оттоки, которые были вызваны психологическими факторами. Поэтому часть бумаг будет быстро монетизирована.

  -Это больше половины первого транша облигаций в 43 млрд грн?

— Это намного меньше половины.

— Что будет с еврооблигациями Приватбанка?

— Фонд гарантирования вкладов имеет право конвертировать депозиты связанных лиц и евробонды в капитал. Эти обязательства спишут на убытки банка. Таким образом, на эту сумму будет уменьшена сумма докапитализации.

Кто больше выиграл от национализации Приватбанка: государство, акционеры, люди?

— К сожалению, это было плохое решение, но лучшее из тех, которые были возможны. Государство проиграло. Оно потратит 116 млрд грн на капитализацию за счет увеличения своего госдолга. Экономисты подсчитали, что сумма долга в расчете на каждого украинца увеличилась на 3 тыс. грн.

 — Если смотреть на альтернативные варианты. Во что бы обошлись вывод банка с рынка и его ликвидация?

 — Это были бы катастрофические потери для населения, бизнеса и для государства. Возмещения из Фонда гарантирования вкладов по этому банку составили бы 95 млрд грн. Это ненамного меньше, чем капитализация. Сумма вкладов физлиц- 150 млрд, юрлиц- 30 млрд. Потери бизнеса составили бы 85 млрд грн. Это было бы катастрофой и не ограничилось бы одним банком.

 — Верите ли вы в то, что Приват после национализации можно будет продать?

 — Новое правление напишет бизнес-план. Надеюсь, у них получится.

— Я не могу не спросить об ответственности собственников перед законом? Таких прецедентов пока в Украине нет. И не будет?

— Я не хотел бы это комментировать. НБУ не тот орган, который занимается принятием решений по привлечению к ответственности. Мы не суд, не милиция, не тюрьма. У нас нет этого функционала. В рамках нашей компетенции — банк признан банкротом.

— В национализации банка есть огромная политическая составляющая. Что государство могло пообещать собственнику в ответ на добровольную национализацию?

 — В письме, которое написали собственники, они взяли на себя обязательства реструктурировать портфель связанных лиц до 1 июля.  Он составляет 97% от всего корпоративного портфеля. Кредиты должны быть переведены на операционные компании. Это не должны быть компании без баланса, бизнеса. У этих компаний должны быть работники, активы. Кредиты должны быть обеспечены твердыми залогами: недвижимостью, бизнесами. В таком случае появится гарантия, что государство вернет деньги, потраченные на капитализацию.

— Было ли состояние Привата фактором, который тормозил снятие валютных ограничений? Когда наступит валютная либерализация?

— На сегодня вопрос капитализации Привабанка снят – государство объявило о намерении увеличить его капитал на 116 млрд грн. И потому — мы будем более гибко и активно подходить к снятию ограничений на валютном рынке. Для этого мы постараемся выбрать удобный момент. Стабильная ситуация на рынке, приток валюты, принятие бюджета — все это будет способствовать получению четвертого транша МВФ. Что станет положительным сигналом для смягчения валютных ограничений.

 — Когда вы ждете миссию МВФ?

— В этом году этого точно не произойдет. На следующей неделе в Европе, Америке — праздники. Думаю, к этому вопросу мы вернемся в начале следующего года

— Сумма четвертого транша остается плановой — $1,3 млрд. Или она будет меньше?

— Тяжело сказать. Это вопрос к кредитору. Он определяет сумму транша, который готов предоставить.

— Прогнозы НБУ по инфляции и росту ВВП остаются прежними?

— Наша цель по инфляции совпадет с реальными цифрами. По концу 2016 года — мы выходим на инфляцию — 12%. Эта та цель, которую мы задекларировали еще в прошлом году (12% плюс — минус 3%- ред.). Мы, если честно, приятно удивлены, что достигнем практически точного попадания.

  — 21 декабря вечером проходил Совет Нацбанка…

— Рада подтвердила монетарный режим — инфляционного таргетирования. Подтвердила цели по инфляции до 2019 года. Следующий год  — 8% (плюс-минус 2%). Среднесрочная цель — 5% (плюс минус 1%).

— Какие изменения ждут фондовый рынок в 2017 году?

 — Идет активная работа с Нацкомиссией по ценным бумагам и фондовому рынку по изменению инфраструктуры фондового рынка. Ее нужно сделать удобной, современной для инвесторов, эмитентов. Речь о Национальном депозитарии, Депозитарии НБУ, который отвечает за хранение государственных ценных бумаг, о Расчетном центре, биржах. Нужно открыть счета глобального депозитария в нашей депозитарной системе, чтобы связать нашу систему с мировой депозитарной структурой.

— Заканчивается 2016 год. Какие победы НБУ может записать на свой счет?

— Мы достигли цели по инфляции — немногие Центробанки мира могут этим похвастаться. Особенно, с учетом того, что в прошлом году инфляция была очень высокая- 43%. Режим плавающего курса показал свою жизнеспособность. Население, бизнес привыкают к тому, что курс не фиксирован.

Достижения финстабильности – мы купили 1,7 млрд долларов в резервы. Это больше чем предусмотрено программой МВФ. У нас есть средства для поддержки валютного рынка в случае изменения ситуации. Такого, увы, не было еще два года назад. Вспомните февраль 2014 года – тогда наши резервы были 5,5 млрд долларов.

Были и недоработки. Не все делали так быстро, как надо. Например, инструмент по поддержанию ликвидности, который мы запустили на прошлой неделе. Можно было сделать это раньше.