Собаки, зеркала и спецкоридоры. Как охраняют политиков и чиновников

2 месяца назад 0

Волна террористических актов с захватом заложников, захлестнувшая Украину с конца июля, складывается в тенденцию. Когда и где «рванет» в следующий раз — неизвестно, а раз так — следует подготовиться к нанесению удара в тех местах, которые, говоря по-научному, могут быть «объектами первоочередных устремлений» террористов. А это органы власти: начиная с судов, ОГА и министерств, заканчивая Кабинетом министров, парламентом и главной «крепостью» государства — Офисом президента. «Вести» выяснили, готовы ли власти сдерживать нападение террористов на главные здания страны.

Ошибки Луцка и Киева

Чтобы оценить готовность к угрозе, необходимо учесть предыдущие ошибки. Эксперты, опрошенные «Вестями», называют ряд просчетов, допущенных спецслужбами в Луцке, где 21 июля вооруженный автоматом и гранатами Максим Кривош (Плохой) захватил автобус с заложниками.

«Ситуация показала, что теруправление СБУ и Нацполиция не были готовы реагировать. Райотдел Департамента СБУ по защите национальной государственности («Департамент «Т». — Авт.) пишет и составляет план мероприятий в подобной ситуации. Одно из первых действий — взаимодействие с Нацполицией, которая должна охранять участок, отвести людей на безопасное расстояние, не позволять выглядывать в окна, так как среди гражданских могут быть соучастники (а в Луцке из окон вовсе вели съемку). Также в первую очередь нужно отключить средства связи, чтобы не было возможности доступа в интернет — и просто нельзя было активировать взрывчатку, нажав кнопку, — говорит «Вестям» полковник СБУ в отставке Олег Стариков. — Тут контроль над своим региональным подразделением утратило Центральное управление СБУ«.

Вторую ошибку допустили 3 августа при захвате «киевского террориста» Сухроба Каримова (гражданин Узбекистана захватил помещение банка в большом офисном центре «Леонардо» в центре Киева и удерживал заложницу). Здесь работало уже центральное подразделение СБУ — опыт в разы выше «регионального», техническую/оперативную работу эксперты оценивают на «хорошо». Но и в этот раз не было обеспечено взаимодействие между СБУ и Нацполицией: в критический момент, когда сотрудники «Альфы» готовились к штурму, рядом с зданием находились десятки журналистов и съемочных групп.

Дошло до абсурда: в момент, когда сотрудники СБУ инструктировали личный состав и журналистов на предмет проведения операции («это все снимать не нужно»), в эфире одного из телеканалов звучала фраза: «Вот сейчас «Альфа» начинает штурм». «Начальник оперативного штаба должен иметь совсекретный план-пакет с перечнем мероприятий. Нацполиция в соответствии с этим планом обязана убрать журналистов. Этого сделано не было, все видели и знали обо всем, что происходит в здании«, — заключает Стариков.

Как охраняется Рада

Ключевое и принципиальное отличие зданий КМУ, ОП и Рады от предыдущих объектов, подвергшихся атакам, — уровень защиты. «В отличие от межрайонного транспорта, где не то что систем видеомониторинга — обычной «тревожной кнопки» нет, все три комплекса зданий охраняются Управлением госохраны, на каждом из них находится специальная комендатура, за которой стоит отработанный десятилетиями механизм защиты«, — рассказывает «Вестям» специалист в области безопасности Сергей Шабовта.

По его словам, это и контроль систем допуска, проведение спецпроверок всего работающего персонала, постоянное техническое обновление систем, работающих на обеспечение безопасности. «УГО с 2014 года работает в усиленном режиме, а весь правительственный квартал включительно со зданиями ВР, Офиса президента и Кабмина отрабатывались годами — это та схема, которая работает во всем мире, — рассказывает «Вестям» экс-начальник Управления госохраны Валерий Гелетей. — Отрабатывают также места, где работают высшие должностные лица, места, куда они приезжают, и трассы их проезда«.

Именно здание парламента среди всех трех наиболее подвержено риску. Согласно «плану Савченко» — явному или выдуманному обвинением с политическими целями «перевороту», — экс-нардеп якобы планировала совершить теракт в здании парламента, «когда там будут находиться президент, правительство, секретарь СНБО и депутаты», обстреляв здание из минометов, гранатометов и т. п., забросав его гранатами — и отойти «на квадроциклах» по Днепру на безопасное расстояние.

«Для потенциальных террористов это — объект их первоочередных устремлений. Кабмин для них особого интереса не представляет с учетом политической ситуации. Остаются Офис президента, зайти в который чрезвычайно сложно, и Рада, — утверждает Олег Стариков. — Здание парламента было построено таким образом, чтобы в него было просто входить большому количеству людей«.

Однако за последний год пропускной режим в здании парламента был ужесточен: к примеру, теперь внутрь могут попасть журналисты, которые имеют не только карточку аккредитации, но и специальное «коронавирусное» удостоверение, выдаваемое по одному на редакцию (чтобы ограничить количество прессы от одного СМИ). Также, помимо «штатных» постов охраны внутри Рады, прямо при входе в здание находится пост охраны с сотрудником УГО и/или Нацгвардии, вооруженным автоматом (а у здания «дежурят» патрули со служебными собаками).

«Как бы там ни было, Украина живет в условиях войны. Охрана должна быть готова к любым сценариям, у нее просто не будет времени вооружаться, когда встанет вопрос о защите админздания или высших должностных лиц«, — поясняет Валерий Гелетей.

По его словам, каждый комендант и руководитель имеет расписанный план действий в случае нападения. «С воздуха ли, из тяжелой техники или любых других спецсредств или вооружений — на каждого расписаны обязанности, и он знает их, как Отче наш, — говорит экс-глава УГО. — Учения я проводил по нескольку раз в год, устраивали и «попытки» захвата Рады и освобождения заложников — чтоб сотрудники не теряли бдительности. Сценарии каждый раз прописывались нестандартные и приближенные к реальности«.

Вернуть участковых

Есть и недочеты. Открытость — не всегда плюс: своеобразным «пособием для террориста» может стать даже виртуальный 3D-тур по парламенту, который запустил Google еще в 2017 году. Он позволяет «прогуляться» по кулуарам и сессионному залу, оценив расстояния и доступность объектов. В отличие от парламента, здание Кабмина имеет усложненный доступ (несколько входов легко блокируются изнутри).

Автомобили, проезжающие во внутренний двор через ворота со стороны ул. Садовой, досматриваются при помощи зеркальца под днищем. К тому же здание изначально строили в 1936–1938 гг. с учетом возможных нештатных ситуаций — коридоры внутри него скруглены, что упрощает ведение стрелкового огня.

«Что касается здания Офиса президента, на сегодня это наиболее защищенное в стране админздание. Я изначально был против переезда Офиса в иное помещение именно по этой причине: в нем проводятся встречи с другими мировыми лидерами (США, Великобритании и др.), в отношении которых существует потенциальная террористическая угроза, — продолжает Гелетей. — В наших условиях добиться столь высокого уровня защиты было бы сложно, но мы получили его в «наследство» от Компартии УССР, и там есть все для защиты от буквально любых ударов: от термальных до тех, что называются ядерными».

Важный момент: экс-глава УГО также говорит о сотрудничестве между СБУ, Нацполицией и разведкой. «Это единая система, в которой работает УГО и все оперативные подразделения», — добавляет он. Именно благодаря такому сотрудничеству 31 августа 2015 года УГО удалось установить личность и контролировать передвижения бойца добробата Игоря Гуменюка, который в итоге стал-таки исполнителем теракта на площади Конституции. Его «вели» от вестибюля ст. м. «Арсенальная» до здания парламента, однако он все-таки смог бросить гранату в оцепление Нацгвардии, из-за чего погибли четыре бойца НГУ и пострадали десятки право­охранителей и журналистов.

«УГО ведет и оперативно-разыскную, и контрразведывательную деятельность. У них есть агентура, и они получают данные от оперативников Нацполиции и СБУ, — говорит Стариков. — А вот «низовая» работа МВД с уличным контингентом уже не ведется — раньше подозрительных лиц выявляли участковые милиционеры, еще на этапе подготовки».

Именно так, по его мнению, в Беларуси агентура выявила бойцов ЧВК Вагнера — доверенные лица спецслужб из числа сотрудников отеля сообщили о мужчинах, которые «не пили» и вели себя очень организованно. «Также раньше обращали особое внимание на лиц, которые находятся на учете в психоневрологических диспансерах — теперь их могут и вовсе ликвидировать в рамках второго этапа медреформы», — напомнил эксперт.

Политические игры и гаджеты

Отдельный вопрос — деятельность политиков. В определенном смысле парламент оказывается в заложниках у той или иной политсилы. В разное время сессионный зал «оккупировали» и «Батькивщина», и Партия регионов, и БПП. Но тогда это касалось политической деятельности. «Условно, туда, куда не пройдут узбекские террористы с оружием, могут попасть политики, имеющие особый статус и «надутые щеки», — считает Сергей Шабовта. — В свое время были странные люди — тот же Егор Соболев с его гранатой».

Бывший главный «антикоррупционер», действительно, пугал сотрудников УГО взрывом гранаты в здании, пытаясь провести участников митинга за перевыборы в Кривом Роге в 2015 году. Депутат устроил потасовку с охраной в предбаннике, однако переломить ситуацию в свою пользу тогда ему не удалось. А после истории с Надеждой Савченко в парламенте ужесточили правила проноса депутатами личных вещей «под купол» — теперь все они обязаны сдавать оружие на хранение в специальные шкафчики. «Остается лишь один опасный элемент — гаджеты депутатов. Дело в том, что телефон или планшет можно за очень короткое время превратить в оружие, начинив взрывчаткой, причем незаметно для их пользователей. И я не думаю, что у депутатов есть такая уж необходимость в гаджетах на работе, особенно учитывая, что журналисты не раз показывали, что те используют телефоны не совсем с государственными целями», — говорит Шабовта.

Источник: Vesti.ua


Подписывайтесь на "Новости Херсонщины" в Telegram!
Каждый день мы составляем рейтинг самых читаемых новостей для тех, у кого нет времени читать всё подряд.