В ожидании правосудия. Дело Екатерины Гандзюк

1 неделя назад 0

К «гиблому» делу Екатерины Гандзюк, как бы резко это не звучало, нашу команду вынудила вернуться фраза, прозвучавшая в публикации Председателя Херсонского областного совета Владислава Мангера, появившейся на его персональной страничке в социальной сети Facebook накануне годовщины гибели Екатерины Гандзюк:

«Если Вам нужен заказчик, заставьте следствие работать…».

Эта фраза, эхом отзывается по всей территории страны с того самого дня, когда «установленные лица» выполнили грязный заказ «неустановленного заказчика/ов», в результате чего погибла советник Херсонского городского головы, и.о. управляющей делами Исполнительного комитета городского совета 33-хлетняя Екатерина Гандзюк, личность весьма противоречивая и неординарная.

«От неё в городе многим доставалось, Катя была остра на язык и нередко пользовалась ненормативной лексикой. Далеко не все в Херсоне с пониманием относились к ней, тепло и по–дружески. У неё был свой круг общения, достаточно узкий, посторонние в него не допускались. Хороша или плоха, но это была её жизнь, она жила так, как считала нужным», –

вспоминает трагически погибшую Екатерину не менее неординарный житель Херсонщины, журналист Владислав Марус.

Напомним, что нападение на Екатерину Гандзюк, в ходе которого она получила ожоги вызванные серной кислотой, произошло 31 июля 2018 года у подъезда её дома в Херсоне. Представители общественности считают, что нападение было спровоцировано резонансной публикацией в Facebook, в которой Гандзюк вскрыла коррупционную схему действующую между представителями Национальной полицией и херсонской мэрией, в результате чего был уволен чиновник Управления защиты экономики в Херсонской области, которого она обвинила в коррупции и вымогательстве.

Помимо всего прочего, Е.Гандзюк, открыто выступая как против последователей сепаратистских настроений в Херсонской области, так и против некоторых лидеров национал патриотических объединений, таких как Инна Усачева («Самооборона Херсона»), умудрилась нажить себе врагов везде и всюду.

Как ни прискорбно, но дело в настоящий момент совсем не в личности самой Кати, проведшей три месяца в больницах, перенесшей несколько операций, и скончавшейся 4 ноября 2018 года, а в тех пластах откровенной грязи и лжи, что поднялись с момента покушения на нее во всех слоях украинского общества, начиная от нижнего – зевак обывателей, и заканчивая государственными, политическими и силовыми «сливками» оного.

Что дело приняло политический характер было понятно всем и каждому, особенно на фоне того, что «на костях» погибшей «отплясали» практически все представители клана Порошенко и Ко, и лица ими управляемые.

Ну а что оно принимает нездоровый оборот, подтверждала поспешность, с которой стали «рыть копытами» в поисках виновного представители силовых структур, по горячим следам (3 августа) «притянувшие за уши»  на скамью подсудимых абсолютно невиновного человека – Николая Новикова, в невиновности которого были убеждены и активисты Херсона, и сама Екатерина, не опознавшая в нем нападавшего.

Николаю повезло, слишком многие его видели «не там» в момент преступления, да и интереса у него не нашлось. Проколовшимся на «пустышке» представителям структур ничего не оставалось, как найти виновных. Они найдут, привлекут, докажут и покарают. Но вопрос опять не в них, общество интересовала личность заказчика.

А вот с заказчиком/ами преступления все обстоит «мутненько» и «грязненько». Почему? Да потому что фраза «Он виновен/ны» в адрес определенных представителей политической элиты Херсонщины звучала с самых первых дней. Одним из якобы организаторов покушения и был автор упомянутой нами фразы Владислав Мангер, хотя его причастность к данному делу ни разу не была подтверждена официально.

Владислав Марус, в своих рассуждения по данному делу, произнес феноменальную фразу:

«… в отношении поиска Катиных заказчиков все тупо валяют дурака», –

под которой мы готовы подписаться, как и под еще одной:

«Повторяю далее – с Мангером, Доценко, Паламарчуком, Антощуком встречался, с некоторыми и в неформальной обстановке. Но ни с Рищуком, ни с Павловским, ни с Левиным не общался. Тем не менее искренне считаю, что ни один из них не был заинтересован в её убийстве, так как их имущественные интересы с ней никоим образом не пересекались».

Катя не была бессребреницей, могла «порвать на тряпки» любого, если уж попался на горячем или под руку, но, как говорится, не тот случай и не те интересы, что и утверждает в своей публикации В.Мангер, вызвавшийся «рассказать» почему не раскрыто дело и кто за этим стоит:

«Я не собираюсь вас убеждать в своей невиновности, но призываю осознать, ЧТО происходит в следствии по делу Гандзюк. Вникнуть и заставить следователей работать, чтобы найти заказчика. Вот уже год как я требую предоставить мне и всей стране доказательства ИМЕННО МОЕЙ вины. Но меня на данный момент щедро обеспечили лишь позором на всю Украину, крахом политической карьеры, глумлением над моим именем и постоянными угрозами. В феврале мне вручили подозрение и генпрокурор с экранов телевизоров сказал: «У нас есть неопровержимые доказательства причастности Мангера». Прошел год, а доказательства так и не предъявлены, дело в суд так и не передано. Почему? Я вам сейчас расскажу…».

Мы не будем полностью публиковать доводы Владислава Николаевича, с ними можно ознакомиться в нашей публикации, перейдя по ссылке выше, остановимся на некоторых из них, учтя тот факт, что по мнению Владислава Мангера успешному раскрытию дела и установлению имени истинного виновника гибели Е.Гандзюк препятствуют именно сотрудники СБУ:

ИМИТАЦИЯ СЛЕДСТВИЯ:

«мои адвокаты проделали невероятную работу, опросили сотни свидетелей, которые давали им пояснения намного охотнее, чем работникам СБУ. Спустя полгода адвокаты пришли к выводу – их собственному расследованию активно противодействуют. Причем противодействует СБУ».

Причиной считать именно так, и не как иначе, Мангер называет и тот факт, что:

«Вот уже вторую неделю в Херсоне находится «десант» СБУ во главе со следователем Максимом Петровичем Саенко. Всем свидетелям задавались одни и те же вопросы: «Какие у вас отношения с Мангером?», «Есть ли у вас доказательства вины Мангера?», «Платит ли вам деньги Мангер?». Даже когда свидетели изъявляли желание рассказать работникам СБУ что-то по поводу нападения на Катерину, следователи просто отказывались это записывать в протоколы».

Владислав Мангер, понимая, что от того, найдут ли истинного виновника убийства Е.Гандзюк, или нет, во многом зависит его личная жизнь, пишет:

«…правда о смерти Катерины Гандзюк нужна лишь единицам. Правду ищут родственники и настоящие друзья Кати, а ещё её ищу я. Да, на данный момент сложно найти более заинтересованного в поиске настоящего заказчика человека, чем я. Ведь в сложившейся ситуации единственным способом защитить своё имя является именно нахождение истинного виновного»,

и задается вопросом мотивации преступления с учетом следующего:

«Катерина Гандзюк последние 5 лет своей жизни не была общественной активисткой. И это – правда. Любой иногородний, кто считает иначе, может приехать в Херсон и задать вопрос незаангажированным горожанам – что они знают о Гандзюк. Можете спросить жителей улицы, которую пытались переименовать в улицу Гандзюк, – почему они почти единогласно подписали петицию с требованием не допустить переименование? 

Катерина Гандзюк была чиновницей, руководителем аппарата горисполкома, а фактически – руководителем города Херсона. Это прямо признал городской голова Херсона Владимир Миколаенко, выступая на следственной комиссии. Катерина Гандзюк формировала и контролировала большинство в Херсонском городском совете. Без неё ни один вопрос не проходил через исполком. Большинство контролировалось очень простым способом – 19 депутатов городского совета были назначены директорами и сотрудниками коммунальных предприятий. Все они должны были голосовать и голосовали исключительно по её указке.
В городе об этом знали все интересующиеся. Установка ларьков, парковки, городская свалка, тарифы на проезд, автобусные маршруты, капитальное строительство, регистрация недвижимости, выделение земельных участков, аренда помещений – без Катерины ни один вопрос не проходил. Если заявитель был с ней «не в ладах», то шансов получить положительное решение не было. И это – факт».

Учитывая все выше изложенное, автор публикации  подчеркивает:

«Какой бы она ни была чиновницей, какие бы нарушения не допускала, – бороться с ней можно было исключительно законными методами. Областной совет хоть и находится в Херсоне, но никаких пересечений с городским не имеет. Никаких полномочий по управлению чем-либо в областном центре у нас нет, потому даже теоретически наши интересы не пересекались».

Мангер не отрицает того факта, что до него дошла информация о публикациях Гандзюк, направленных против него. По его мнению:

«СБУ долго не могло придумать мотив для меня. В конечном итоге остановились на том, что я заказал Катерину Гандзюк за то, что она написала про меня 4 поста в Фейсбуке. И это не всё – по мнению следствия, своими 4 постами в Фейсбуке она якобы «помешала мне пилить лес», за что я её, по их мнению, и «заказал». Правда, прошел год – и оказалось, что никакого отношения я к лесу не имел и не имею. Более того, оказалось, что именно я и мешал пилить лес, вместе с профессором Ходосовцевым создавая в Херсонской области Национальный парк, где вырубка ЗАПРЕЩЕНА под любым предлогом».

КАК УБИВАЛИ ГАНДЗЮК:

«...исполнитель перепутал подъезды. В результате он стал гнаться за Катериной и догнал её только возле служебной машины, где между ними завязалась борьба. Исполнитель вылил банку с кислотой – жидкость попала на обоих. К сожалению, большая часть пролилась на Катерину.
А вот дальше происходит главная трагедия. Исполнитель убегает. А Катерину начинают «спасать». Водитель ее служебного автомобиля достает 5 литровую баклажку воды и начинает выливать на неё. Итак, 5 литров воды разносят концентрированную кислоту по всему телу Катерины, и – самое главное – вступают в термическую реакцию. В результате ожоги по всему телу, критическое состояние, 101 день госпитализации».

Владислав Мангер делает акцент на странностях, сопутствующих трагедии:

«…брызги попадают на автомобиль и выедают краску. Теперь внимание: странный факт – водитель немедленно, в тот же день, отправляется на станцию техобслужиания и закрашивает следы. Говорит, его никто не предупредил, что этого не надо делать»,

«В больнице события разворачиваются ещё куда более странно. К Катерине не допускают работников Национальной полиции, её не могут допросить и получить данные про нападавшего. Официальная версия: она сама не хочет говорить с работниками полиции, так как не доверяет им. Затем арест Новикова. Полиция утверждает, что он – напавший. Спустя две недели, под давлением общественности, Новикова отпускают. Новиков, действительно, не нападал на Катерину Гандзюк. Эту ошибку можно понять. Зато дальше полиция действует отлично – менее чем за 10 дней находят всех исполнителей, включая главаря банды – Торбина».

КАК ГАНДЗЮК НАВЯЗАЛИ ЗАКАЗЧИКА

«Ещё лежа в больнице В своих первых показаниях она называет 30 человек, которые могли бы желать ей зла. Среди этих фамилий есть и моя. Но есть и фамилии тех, кто был действительно её оппонентом или даже врагом. Есть фамилия девушки, которую сама Катерина угрожала «растворить в каустической соде».

Есть фамилия журналистки, которую избила кума Гандзюк, а ныне – свидетель обвинения Лилия Якубсон, которая, по словам свидетелей, осталась должна покойной почти 18 000 долларов. Из больницы Катерина публично угрожает секретарю городского совета Елене Урсуленко назвать её заказчицей преступления, если только она не откажется от своей борьбы против местного бандита и разбойника (в прямом смысле – он привлечен к уголовной ответственности за групповой разбой) Александра Власова.
Спустя какое-то время всё чаще начинает упоминаться моё имя. Я долго не мог понять, почему изначально Катерина назвала 30 человек, а затем, не выходя из больницы, вдруг заговорила обо мне. Что поменялось, как это могло произойти?»

Ответ на данный вопрос Владислав Николаевич найдет в фильме снятом командой «СЛІДСТВО.ІНФО». В своём последнем интервью Катерина произнесет фразу: «Мне прокурор сказал, что это Мангер».

Поскольку, как сообщает В.Мангер, Катерина Гандзюк много лет была внештатным сотрудником СБУ, а ее непосредственным куратором в последние годы был генерал СБУ Данило Доценко, с которым у Председателя Херсонского областного совета был личный конфликт, нить «ушла» в СБУ.

СМЕРТЬ С ЗАГАДКАМИ, ИЛИ ПРОЩАЙТЕ, УЛИКИ

«Смерть Катерины Гандзюк была страшной. Она была готова к выписке, об этом прямо написано в её медкарте. По сути, в больнице ей оставалось находиться какую-то неделю или даже меньше. Она лежала там последние выходные. Накануне, в пятницу, её отец, сам медик, обращает внимание лечащего врача на возможный тромб под коленом Катерины. Лечащий врач отвечает, что тромба нет и всё в порядке. Утром в воскресенье, 4 ноября 2018 года, Катерина умирает.
Если кто не в курсе – причины смерти никто не установил. Нет, в экспертном заключении, конечно, написали, что её диагноз – ожоговая болезнь. Но это не причина смерти».

«101 день у Катерины брали множество анализов. Каждый день, в 6 утра. Но в день смерти почему-то решили этого не делать. Так же именно в день смерти сменили время проведения процедур. Сменили так, чтобы не возникло вопросов: как вышло, что в момент резкого ухудшения с ней рядом не было врача? 

Халатность врачей? (Или же она просто начала задавать Доценко неудобные вопросы относительно людей, подчиненных её покровителю, но напавших на неё?) Почему-то СБУ даже не попыталась проверить этот факт. Они отказываются даже задать своим же экспертам уточняющие вопросы. Например, куда же делся тромб под коленом Катерины, если не он стал причиной смерти?».

«Но ещё интереснее, куда пропали ноутбук и мобильный телефон покойной? В протоколе осмотра палаты написано, что «отец Катерины Гандзюк сообщил, что телефон и ноутбук передал кому-то из так называемых друзей Катерины Гандзюк». Сам отец в суде этот факт отрицал».

«Последняя позиция СБУ вообще удивительная: телефон они якобы нашли, но не смогли разблокировать и похоронили(!!!) его вместе с телом. Очевидно, так «заметались следы» общения Катерины с Доценко».

«А сразу после смерти Катерины дело у полиции забирает СБУ. Выбрасывает оттуда все документы, которые ведут не в сторону Мангера и начинают своё однобокое следствие».

Мы напоминаем, что публикуем только часть материала, в котором В.Мангер пытается внятно объяснить свои доводы о возможной причастности к смерти Екатерины Гандзюк лиц, к которым он сам не имеет ни какого отношения. Мы и не поддерживаем автора публикации, и не опровергаем его доводы. Мы, как и все адекватные граждане страны, хотим жить в правовом государстве, в котором закон стоит на страже интересов и свобод граждан Украины.

Судя по информации из-за рубежа, нашу заинтересованность в раскрытии данного преступления поддерживают и представители иностранных государств.

Так, например, временный поверенный в делах США Уильям Тейлор, в своем видеообращении, вышедшем по случаю годовщины со дня гибели Кати, призвал:

«Сегодня мы с грустью вспоминаем Екатерину Гандзюк, которая умерла год тому назад в этот день. Она была настоящей женщиной большой отваги. Она посвятила свою жизнь Украине, пожертвовала собой ради страны. Мы требуем правосудия для Екатерины и её семьи. Мы помним Екатерину и будем работать ради того, чтобы Украина стала именно той страной, за которую она положила свою жизнь».

Мы все ждем развязки, но вот только где же те силы, что «заставят следствие работать…».

«Год без Екатерины Гандзюк. Все заказчики будут найдены и наказаны. Обещаю», —

написал президент Украины в понедельник в Facebook…

А мы вспомним фразу Екатерины Гандзюк, сказанную ею незадолго до смерти:

«Я знаю, что выгляжу плохо, но точно знаю, что выгляжу лучше, чем в Украине выглядят справедливость и правосудие».